Нам повезло — мы
присутствуем при смене тысячелетий. Смена тысячелетий – это также и смена
культурных предпочтений и течений, в том числе и в архитектуре. Можем ли мы
сегодня знать, какой она будет завтра? Да, можем, поскольку завтрашний день
вырастает из сегодняшнего. Ясно одно – это будет новая архитектура. Естественно,
она унаследует какие-то черты той, предыдущей. Но естественно также и то, что
она будет более совершенной.
В сентябре этого года в Париже
проходила выставка дизайна, где были сконцентрированы самые свежие тенденции
модного интерьера 2001 года. В киевском салоне "Линия Деко" представлены
наиболее популярные сегодня в Европе и Америке тенденции интерьерного дизайна.
Именно они явно выделяют среди других европейских школ современную французскую.
Наиболее интересное и модное сейчас направление – пуризм. “Пуризм” в переводе с
французского означает стремление к совершенству. Давайте посмотрим на генетику
этой тенденции.
Архитекторы первой половины ХХ
столетия попытались сделать куб самодостаточным. Именно в это время зародилась
идеология пуризма. После греческих дворцов Парфенона и Эрехтейона человечество
на новом витке своего развития снова влюбилось в чистую линию, а значит – в куб.
Зодчие стали всячески импровизировать с простыми формами и составлять из
полученных кубических деталей различные композиции. Первой стала голландская
группа "Ди Стиль", второй – немецкая школа "Баухауз" (если не считать советских
конструктивистов). Потом были гениальные одиночки: француз Корбюзье, финн Аалто,
бразилец Нимейер, японец Кондзо Танго.
Одного только пространства
архитекторам показалось мало. Они принялись за мебель. В 20-е годы "дедушки
мирового минимализма", знаменитые архитекторы Людвиг Мис ван дер Роэ, Шарль Ле
Корбюзье и дизайнер Марсель Брейер предложили миру аскетичные кресла и стулья на
тонких металлических трубчатых ножках. Так что, как видите, ультрасовременность
минимализма уже обросла бородой. Кстати, сегодня дизайнеры мебели, работающие в
таком ключе, на вопрос – чем же этот самый минимализм лучше, скажем,
очаровательных "кренделей" времен Людовика XVI, отвечают, что эти формы вне
времени. Потому что геометрия – больше, чем мода, она универсальна, вечна и т.
д. и т. п. Сегодня минимализм метит сразу в вечность и претендует на то, чтобы
на равных конкурировать с "бабушкиным буфетом", который давно уже вне всякой
моды.
Когда-то Ле Корбюзье хотел свести
мебель к набору стандартных деталей, чтобы удешевить ее производство.
Архитектор, назвавший дом "машиной для жилья", считал, что человеческие
потребности немногочисленны и идентичны для всех людей, поскольку люди
скроены по одной мерке. Ведь у всех две руки, две ноги, одна голова. Если
сегодняшнему покупателю кресла, выполненного по дизайну самого (!) Ле Корбюзье,
сказать, что он тем самым превращается в рядового обладателя двух рук, двух ног
и одной головы, то он, скорее всего, обидится (за такие-то деньги!). И правильно
– ведь то, что когда-то создавалось с мыслью о стандартном потребителе, сегодня
превратилось в нечто эксклюзивное просто из-за имени своего
создателя.
А вот Мис ван дер Роэ думал о
другом. Именно ему, кстати, принадлежит фраза, с которой согласится любой
дизайнер, работающий в духе минимализма: "Меньше значит больше". Мис ван дер Роэ
делал мебель для преуспевающих — для тех, чьи компании занимали выстроенные им
призмы из стекла и стали. Эти самые призмы вот уже долгие годы служат символом
успешного бизнеса, а его субтильные и изысканные стулья, кресла, столы,
состоящие почти из ничего, стали знаком респектабельности, преуспевания и
особого продвинутого шика. Впрочем, мы увлеклись европейскими корнями
сегодняшнего пуризма. Давайте попытаемся взглянуть на мир пуризма глазами
потребителя. Этот самый потребитель обязательно спросит: – Почему мебель
без выкрутасов, без блеска и шика стоит так дорого? Вроде бы простенько, без
претензий, а цена огромная. Что за подлог?
Думаю, потребителю следует ответить
так:
– Это только на первый взгляд
просто. В дешевой мебели не найдешь, во-первых, ничего остро индивидуального, а
во-вторых, никаких дорогих материалов. Если же сравнить произведения разных
дизайнеров, то станет очевидно, что те самые две-три линии, определяющие форму,
разнятся, как почерк. Кроме того, дорогие вещи изготавливают с помощью высоких
технологий, из наилучших материалов – словом, "на века". Так что тут выбор
гораздо больший, чем кажется.
Тогда потребитель задаст новый
душераздирающий вопрос:
– А как обстоят дела с
пресловутой функциональностью минималистской мебели?
– Ну, – скажем мы ему, –
понятно, что функциональность – один из основополагающих мифов современной
архитектуры и дизайна, так что тут бдительность не помешает. Конечно, дизайнер,
исповедующий идеологию аскетичных решений, скажет, что созданные им предметы
прекрасны именно благодаря точному соответствию своей функции. Но с тех пор, как
создатель первых чикагских небоскребов Генри Салливен произнес сакраментальную
фразу "формы следуют за функцией", какие только формы не оправдывались их
функциональным смыслом. Да и функция, если разобраться, — не такая уж
однозначная вещь. Главная функция (или, попросту говоря, предназначение) кресла
заключается в том, чтобы человек мог удобно в нем расположиться. И тут
оказывается, что один мурлыкает от удовольствия, погружаясь в удобные недра
сооружения, а другой испытывает восторг свободы, ерзая на пластмассовом сиденье.
Вот и решай, что лучше. Во Франции, в Париже в частности, принято организовывать
большие объемы интерьеров (там они называются салонами). Салон, как правило,
решается таким образом: его центральным элементом является стол для
аперитива довольно большого размера. Вокруг него сосредоточиваются кресла и
диваны от дизайнера Анри Бека. Сегодня этот стиль завоевал многие европейские
страны, в том числе Италию, где дизайнеры считают себя последователями Анри
Бека. Таким образом, в Италию привносится французский стиль. Но все-таки
интересно, чем разнятся европейские минималистические тенденции? В чистом виде
минимализм сегодня европейцу не интересен. Французы вносят в минимализм больше
декоративности, больше цветовой культуры и эстетизма. Они дополняют интерьеры
достаточно большим количеством интересных аксессуаров. Что касается разницы
между чистыми линиями во Франции и Италии, то итальянцам свойственно
обустраивать интерьеры с еще большим блеском, существенно оживляя их. Если
французский пуризм несет в себе дух мастера, то итальянцы это творчество ставят
на индустриальный промышленный поток. В большинстве своем итальянцы занимаются
индустриальным дизайном, а французы относятся к своим работам как к
индивидуальным творческим проектам. Французские художники никогда не планируют
ничего надолго, они руководствуются сегодняшними эмоциями. Итальянцы занимаются
интерьером как бизнесом, а для французов — это творчество. Поэтому в их
интерьерах чувствуется особый дух.
"Линия Деко" представляет взгляд на
дизайн интерьера французского декоратора Селин Карбонель, поэтому называет себя
французским салоном. Селин Карбонель – парижанка, известная в Европе и в
Америке. Этим летом Селин работала с семьей Версаче, не так давно создавала
интерьер одной из резиденций короля Марокко. Если говорить об Америке, то в
Майами, где живет много состоятельных людей, а также французов – выходцев из
Франции, сейчас популярен французский стиль, и она делала там немало
интерьеров.
Интересен в сочетании с пуризмом и
очень своеобразен сам по себе стиль арт-деко. Он приобретал все большую
популярность в Европе в течение нескольких последних лет, особенно в 1996-1999
годах.
Формирование арт-деко происходило
на протяжении 30-х годов прошлого столетия. Строилась сеть отелей "Ритц", и под
эти шикарные отели был создан новый стиль, для которого характерны натуральные
материалы, дающие ощущение шика. В период между двумя мировыми войнами люди
нуждались в роскоши, и дизайнеры уловили эту тенденцию. А уже в конце 90-х годов
началась вторая волна популярности. Люди вновь оценили натуральные и
экзотические материалы. Есть предметы, которые имеют два момента восприятия.
Скажем, обеденный стол. Он шпонирован бамбуком, а внутри – фикус сикомор, очень
прочная и ценная порода дерева. Получается, что изнутри предмет дороже, чем
снаружи.
Для пуризма характерно
использование самых дорогих материалов. Естественность присутствует и в цветовой
гамме, передавая ощущение природности. То, что мы утрачиваем, со временем
приобретает особую ценность. Чем больше мы уничтожаем лес, тем ценнее он для нас
становится. Кожа рыб, шкуры животных – все, что создано природой, постепенно в
сознании людей обретает особую ценность и смысл.
Говоря о пуризме как к самом
популярном сегодня стиле, можно с уверенностью утверждать, что французы
рассматривают пуризм как стиль, которому свойственна простота и роскошь
одновременно. Роскошь – потому что самые дорогие материалы, а простота – потому
что чистые линии.
